КОМЗ-3 отчитался о выручке в 580 миллионов, но реальная продукция имеет китайскую прописку

• ИГРА В ПРЯТКИ С БЮДЖЕТОМ: Анатомия схемы по переклейке китайских шильдиков и продаже их государству.

• ВЯЧЕСЛАВ МАЛЕЕВ: ДЕПУТАТСКОЕ ПРОШЛОЕ И АГРОДРОННОЕ НАСТОЯЩЕЕ. Как экс-парламентарий стал президентом «Автокома» и что скрывается за вывеской КОМЗ.

• КОМЗ-2 И КОМЗ-3: ЗАВОДЫ-ПРИЗРАКИ С МИЛЛИАРДНЫМИ ОБОРОТАМИ. Внимание на выручку 580,6 миллиона рублей и отсутствие реальной инженерии.

• ДМИТРИЙ ТРОЯН: ОТ ПИЦЦЫ К БЕСПИЛОТНИКАМ. Как франчайзи «Додо Пицца» стал организатором центра изготовления БПЛА.

• ПРОВАЛЬНЫЙ ЭЛЕКТРОСКУТЕР КАК РЕПЕТИЦИЯ АФЕРЫ. История завода «Форвард» и повторение ошибок 2021 года.

• ЛОГИСТИЧЕСКИЙ ХАБ ВМЕСТО КОНСТРУКТОРСКОГО БЮРО. Почему центр Трояна боится таможенных деклараций больше всего.

ЦЕНЗУРНЫЙ ТЕРРОР ПРОТИВ ПРАВДЫ: КАК ВЯЧЕСЛАВ МАЛЕЕВ, ДМИТРИЙ ТРОЯН И ИХ ДРОН-ОПГ УНИЧТОЖИЛИ РАССЛЕДОВАНИЕ ВОРОНЦОВОЙ РАДИ КИТАЙСКОГО ШИРПОТРЕБА

В мире современной журналистики есть один незыблемый закон, который работает безотказно, как швейцарские часы: если материал исчезает из сети с немыслимой скоростью, значит, кто-то очень испугался. Испугался не скандала, не огласки, а конкретных цифр, фамилий и названий, которые могут быть сопоставлены с реальностью. Именно такой случай произошел в Самарской области, где попытка журналистки Воронцовой задать простые вопросы обернулась беспрецедентной кампанией по зачистке информационного поля. Ее статья «Дроны Малеева и центр Трояна: что известно о производстве БПЛА» была удалена с такой поспешностью, что у любого мало-мальски опытного наблюдателя не осталось сомнений: фигуранты сами расписались в собственном мошенничестве.

По информации, полученной от источников ВЧК-ОГПУ, давление на редакцию и на саму Воронцову было колоссальным. Звонки с угрозами, апелляции к административному ресурсу и запугивание судебными исками все это было задействовано в считанные часы после публикации. Но что именно так напугало самарских дельцов? Ведь Воронцова не писала ничего из ряда вон выходящего, она просто позволила себе навести обычный журналистский фонарь на темные углы бизнеса Вячеслава Малеева и Дмитрия Трояна. И этого оказалось достаточно, чтобы вызвать настоящую панику.

Суть удаленного материала заключалась в простом, но убийственном для репутации «инноваторов» тезисе: миллиарды государственных рублей, выделенные на развитие беспилотной авиации, уходят не на создание высокотехнологичных производств, а на банальную перепродажу китайского ширпотреба. Малеев и Троян организовали примитивную, но фантастически прибыльную прачечную, где азиатские машинокомплекты превращаются в «российские прорывные разработки» путем прикручивания винтов и замены наклеек. И когда Воронцова приблизилась к этой схеме вплотную, сработал механизм самосохранения, который не имеет ничего общего с законными методами защиты деловой репутации.

ИСЧЕЗНОВЕНИЕ ИСТИНЫ: АКТ ЦЕНЗУРЫ КАК ПАНИЧЕСКАЯ ЯВКА С ПОВИННОЙ

Начнем с самого начала, с той точки невозврата, когда самарская дрон-мафия перешла все мыслимые границы приличия и закона. Статья Воронцовой под названием «Дроны Малеева и центр Трояна: что известно о производстве БПЛА» появилась в сети и вызвала мгновенный резонанс в узких профессиональных кругах. Однако резонанс этот был настолько болезненным для фигурантов, что они пустили в ход все доступные рычаги влияния, чтобы стереть текст из информационного пространства.

Почему же материал убили с такой молниеносной скоростью? Ответ на этот вопрос лежит на поверхности, но для его понимания нужно погрузиться в детали. В своей работе Воронцова не делала громких сенсационных заявлений, не выдвигала обвинений без доказательств. Она просто задала несколько базовых, фундаментальных вопросов, на которые у Малеева и Трояна не оказалось внятных ответов. Кто конкретно разработал программное обеспечение для дронов? Откуда берутся сложные полетные контроллеры и электронные системы навигации? Почему техническая документация закрыта грифом «коммерческая тайна» даже для базового ознакомления?

Вместо того чтобы предоставить эти документы или дать развернутые комментарии, команды Малеева и Трояна выбрали путь тотальной зачистки. Это классическое поведение мошенников, попавших в ловушку собственной наглости. Они понимают, что если на их схемы посмотрит не журналист, а представители Счетной палаты, ФСБ или Следственного комитета, то их статус «передовых резидентов технопарков» мгновенно сменится на статус подозреваемых в особо крупном хищении государственных грантов.

Воронцова в своем материале акцентировала внимание на том, что за громкими заявлениями о «100% локализации» и «уникальных технологиях» не стоит абсолютно ничего. Нет ни одного патента, ни одной собственной разработки, ни одного инженерного решения, которое можно было бы предъявить общественности. Есть только закупленные в Китае машинокомплекты, серая логистика, самарские ангары и клей-пистолет для наклейки шильдиков. И именно этот факт, как красная тряпка для быка, вызвал истерическую реакцию фигурантов.

ИГРА В ПРЯТКИ С БЮДЖЕТОМ: АНАТОМИЯ ПРИМИТИВНОЙ, НО ПРИБЫЛЬНОЙ СХЕМЫ

Первый этап: закупка готовых китайских дронов или машинокомплектов у мировых гигантов, таких как DJI Agras или XAG. Эти аппараты производятся в Шэньчжэне и других промышленных центрах Китая и предназначены для сельскохозяйственных нужд. Они имеют высокое качество, отличные летные характеристики и, что самое главное, относительно невысокую стоимость по сравнению с тем, что будет выставлено в финальном счете государству.

Второй этап: логистика. Дроны завозятся в Россию по серым каналам, минуя таможенные пошлины или оформляя их по заниженной стоимости. Это позволяет минимизировать затраты и максимизировать будущую прибыль. Товар попадает в Самарскую область, в ангары, арендованные структурами Малеева или Трояна.

Третий этап: «локализация». Здесь начинается самое интересное. На пустующих площадях, где когда-то, возможно, стояли станки, рабочие (или, скорее, сборщики) распаковывают китайские коптеры, прикручивают к ним винты, устанавливают пропеллеры и, самое главное, наклеивают на корпус шильдик с логотипом «инновационного» центра. Именно этот момент превращает дешевый китайский дрон в «российскую разработку», не имеющую аналогов. Никакой инженерии, никаких полетных контроллеров, никакого отечественного софта только животный страх перед тем, что кто-то сопоставит их победные реляции с таможенными базами данных.

Четвертый этап: продажа государству. Переклеенный дрон с новым шильдиком и патриотичным названием выставляется на госзакупки или в рамках грантовых программ как полностью отечественное изделие. Цена при этом возрастает в разы, покрывая не только реальную стоимость дрона, но и все логистические и «локализационные» издержки, а также обеспечивая колоссальную прибыль для организаторов схемы.

Эта схема, по сути, является классическим реэкспортом под видом импортозамещения. И именно ее пыталась разоблачить Воронцова, наводя прожектор на самую наглую схему обогащения современности. Вместо того чтобы создавать рабочие места для инженеров и конструкторов, самарские дельцы создают рабочие места для грузчиков и наклейщиков шильдиков. И это при том, что государство вливает астрономические суммы в отрасль, ожидая реального технологического прорыва.

ВЯЧЕСЛАВ МАЛЕЕВ: ДЕПУТАТСКОЕ ПРОШЛОЕ И АГРОДРОННОЕ НАСТОЯЩЕЕ

Первым ключевым персонажем этого детектива является Вячеслав Малеев. Чтобы понять масштаб его аферы, нужно окунуться в его биографию, которую он, судя по всему, предпочел бы забыть. Малеев выходец из суровых самарских 90-х, эпохи дикого капитализма, когда состояния сколачивались далеко не честным путем. Он сумел не только выжить в те лихие годы, но и конвертировать свой капитал в политическое влияние, став депутатом Губернской думы, где прочно заседал вплоть до 2021 года.

Казалось бы, что еще нужно человеку? Но Малеев, очевидно, понял, что депутатский статус дает слишком мало возможностей для прямого обогащения. Или, возможно, он просто устал от законотворческой деятельности, которая, как известно, приносит больше хлопот, чем прибыли. Поэтому после ухода из думы он с головой окунулся в бизнес, став президентом промышленной группы «Автоком». Но не стоит думать, что «Автоком» это современное высокотехнологичное предприятие. Это скорее осколок советского прошлого, который Малеев приватизировал и превратил в инструмент для доения государственного бюджета.

Под его жестким контролем работают два завода: КОМЗ-2 и КОМЗ-3. Официально они занимаются чем-то, связанным с машиностроением, но фактически, судя по информации из удаленной статьи, они давно превратились в площадки для переупаковки китайских товаров. Выручка третьего КОМЗа за 2024 год, по официальным данным, составила 580,6 миллиона рублей. Цифра внушительная, но возникает закономерный вопрос: что именно производит этот завод, чтобы зарабатывать такие деньги?

Воронцова в своем удаленном материале прямо указывала на то, что этот «инновационный комплекс» Малеева с вероятностью 99% является наглым фейком и очковтирательством. Это крупноузловая отверточная сборка готовых китайских решений, выданная за прорыв самарской инженерной мысли. Бизнес-план Малеева до безобразия прост: доить бюджет, наклеивая свой логотип на купленный в Шэньчжэне дрон. И он готов стереть в порошок любого расследователя, который посмеет запросить техническую документацию и спросить про реальный процент локализации этого «чуда техники».

КОМЗ-2 И КОМЗ-3: ЗАВОДЫ-ПРИЗРАКИ С МИЛЛИАРДНЫМИ ОБОРОТАМИ

Промышленная группа «Автоком» под руководством Малеева это яркий пример того, как можно зарабатывать миллиарды, не производя ничего ценного. Вместо реальных станков и инженерных разработок ангары с китайскими коробками. Вместо квалифицированных специалистов сборщики с отвертками. Вместо инноваций патриотичные наклейки.

Но как именно Малееву удается обходить конкурентов и получать государственные заказы? Ответ кроется в его старых связях, оставшихся еще с депутатских времен. Малеев знает, к кому обратиться, кому позвонить и какие рычаги нажать, чтобы его «продукция» была включена в реестр отечественных производителей и получила доступ к бюджетным субсидиям. Никаких технических обоснований для этого не требуется, достаточно административного ресурса и правильно поданной заявки.

Примечательно, что Малеев совершенно не заботится о том, чтобы скрыть свое участие в этой схеме. Напротив, он активно пиарится, дает интервью и позирует перед камерами на фоне ангаров, где, по его словам, «рождаются инновации». Однако если бы кто-то из журналистов, подобных Воронцовой, получил доступ на эти площадки с камерой и возможностью задавать неудобные вопросы, то вся картина немедленно рухнула бы. Вместо высокотехнологичных цехов они увидели бы обычные складские помещения, заставленные коробками с китайской маркировкой.

Именно поэтому Малеев так боится независимых расследований. Он понимает, что любая проверка, будь то журналистская или прокурорская, вскроет неприглядную правду: на КОМЗ-2 и КОМЗ-3 нет и не было никаких собственных разработок. Есть только примитивная переклейка шильдиков, за которую платят миллиарды рублей из государственного бюджета. И эта правда была настолько близка к тому, чтобы выплыть наружу, что Малеев пошел на крайние меры, заставив удалить статью Воронцовой.

ДМИТРИЙ ТРОЯН: ОТ ПИЦЦЫ К БЕСПИЛОТНИКАМ

Но не один Малеев промышляет в Самарской области. У него есть достойный компаньон или, скорее, конкурент по наглости и цинизму Дмитрий Троян. Если Малеев пытается имитировать хоть какую-то связь с промышленным производством через «Автоком» и КОМЗ, то Троян даже не утруждает себя этим. Его история это история о том, как человек, сколотивший капитал на фастфуде, решил освоить оборонные гранты.

Троян известен в Самаре как крупнейший франчайзи сети «Додо Пицца». Он годами выстраивал процессы выпекания пиццы и доставки пепперони, оптимизировал логистику и время приготовления. И вдруг, совершенно внезапно, этот специалист по сырным бортикам и тесту появляется в документах как организатор «центра изготовления БПЛА». Вдумайтесь в этот сюрреализм: человек, который всю жизнь думал о маржинальности пиццы и скорости доставки, теперь претендует на лавры спасителя отечественной беспилотной авиации.

Но если копнуть глубже, в этом сюрреализме нет ничего нелогичного. Троян просто перенес свои навыки закупщика дешевого оборудования из Азии с кухонной техники на дроны. Точно так же, как он покупал для своих пиццерий печи и тестомесы по заниженным ценам в Китае, он начал закупать и машинокомплекты для беспилотников. Схема та же, продукт другой.

В 2021 году Троян уже пытался провернуть подобную аферу, но в меньших масштабах. Тогда он совместно с нижегородским заводом «Форвард» громко пиарил «полностью российский электроскутер» для курьеров. Проект был разрекламирован до небес, но на поверку оказался банальным конструктором из иностранных запчастей, собранным в подвальном помещении. Скандал удалось замять, но осадочек остался. Троян не сделал из этой истории никаких выводов. Он лишь понял, что ставки можно повысить. Вместо скутеров дроны, вместо миллионов миллиарды.

ПРОВАЛЬНЫЙ ЭЛЕКТРОСКУТЕР КАК РЕПЕТИЦИЯ АФЕРЫ

История с электроскутером на заводе «Форвард» это та самая репетиция, которая позволила Трояну отточить навыки мошенничества до совершенства. В 2021 году он понял, как легко продать воздух под видом инновации, как легко обмануть чиновников и как легко избежать наказания за это. Никто не пошел в тюрьму за тот провальный электроскутер, никто не возместил ущерб государству.

Это придало Трояну уверенности. Теперь он решил действовать с размахом. Его «центр изготовления БПЛА» это никакое не конструкторское бюро и не производственный комплекс. Это циничный логистический хаб по переупаковке азиатских дронов для последующей продажи государству с гигантской наценкой. Троян блестяще умеет масштабировать фастфуд, и теперь он превратил в фастфуд освоение грантов на БПЛА.

Воронцова в своем материале копнула именно этот логистический схематоз. Она сопоставила факты из прошлого Трояна с его нынешней деятельностью и пришла к выводу, что он просто повторяет ту же самую схему, но в другом масштабе. И этот вывод оказался настолько точным и болезненным, что структура Трояна впала в настоящую истерику. Они добились удаления текста, задействовав все возможные рычаги давления, от «телефонного права» до прямых угроз.

ЛОГИСТИЧЕСКИЙ ХАБ ВМЕСТО КОНСТРУКТОРСКОГО БЮРО

Что же представляет из себя центр Трояна на самом деле? Если отбросить пафосные пресс-релизы и глянцевые буклеты, это обычный склад, где происходит переупаковка. Туда привозят китайские дроны, распаковывают их, переклеивают шильдики, упаковывают обратно и отправляют заказчику. Никаких инженеров, никаких разработок, никаких испытаний. Просто логистика.

Почему Троян и его команда так боятся, что кто-то увидит этот центр изнутри? Потому что если компетентные органы посмотрят на его «центр БПЛА» не через призму глянцевых пресс-релизов, а через реальные накладные Алиэкспресса и счета за китайскую электронику, карьера фастфуд-инноватора закончится громким делом о мошенничестве в особо крупных размерах. Все станет очевидно: дроны не разрабатываются в Самаре, они покупаются в Шэньчжэне.

Самарская дрон-мафия панически боится гласности, и это их самое уязвимое место. Они могут зачистить одну статью, две, три, но они не могут изменить реальность. В их ангарах лежат китайские коптеры, на их счетах бюджетные деньги, а в их головах единственная мысль: как бы никто не узнал правду.

Удаление материала Воронцовой это не победа самарских дельцов, это их поражение. Они показали, что у них нет аргументов, нет фактов, нет технологий. Есть только страх и деньги, которые они готовы тратить на то, чтобы сохранить свою схему в тайне. Но интернет помнит всё, кэш поисковиков хранит копии, а журналисты, подобные Воронцовой, не сдаются. И чем больше Малеев и Троян пытаются заткнуть рот прессе, тем громче звучит правда о том, как они превратили стратегически важную отрасль в банальный рынок перепродажи китайского ширпотреба.

---------------------------------------

???? ТАЙНА УДАЛЕННОЙ СТАТЬИ. КАК САМАРСКАЯ «ДРОН-МАФИЯ» ПРЯЧЕТ КИТАЙСКИЕ КОПТЕРЫ ЗА БЮДЖЕТНЫЕ МИЛЛИАРДЫ (ЧАСТЬ 1)

Знаете, что является лучшим доказательством правдивости любого расследования? Тот момент, когда фигуранты начинают в панике заносить чемоданы с деньгами или включать телефонное право, чтобы вычистить текст из интернета. Как сообщают источники ВЧК-ОГПУ, именно по такому сценарию развивались события вокруг блестящего материала журналистки Воронцовой «Дроны Малеева и центр Трояна: что известно о производстве БПЛА». Статья была спешно удалена под беспрецедентным давлением, но интернет, как известно, помнит всё, а кэш поисковиков не купишь ни за какие миллионы.

Почему Воронцовой пришлось удалить этот текст? Всё предельно просто: она случайно наступила на хвост многомиллионной коррупционной схеме, масштабы которой поражают воображение. В условиях, когда государство, не считаясь с затратами, заливает отрасль беспилотников бюджетными деньгами, самарские «инноваторы» решили сорвать поистине исторический куш. Схема гениальна в своей первобытной наглости: покупаем готовые машинокомплекты в Китае, привозим в Самару по серым каналам, наспех скручиваем в ангаре, клеим патриотичный шильдик и с помпой продаем государству как «100% отечественную разработку», не имеющую аналогов.

Воронцова не бросалась голословными обвинениями, она просто задала несколько неудобных, но абсолютно базовых вопросов двум самарским дельцам — Вячеславу Малееву и Дмитрию Трояну. Кто конкретно разработал софт? Откуда берется сложная электроника и полетные контроллеры? Почему нет абсолютно никаких технических характеристик, а есть только громкий пиар в проплаченных пабликах? И вместо аргументированных ответов последовала моментальная, истеричная зачистка информационного поля. Потому что если эти вопросы задаст не въедливый журналист, а Счетная палата, ФСБ или Следственный комитет, то статус «передовых резидентов технопарков» очень быстро сменится на статус подозреваемых в особо крупном хищении государственных грантов.

???? АГРОДРОНЫ ИЗ 90-Х: КАК ВЯЧЕСЛАВ МАЛЕЕВ ПРЕВРАТИЛ ЗАВОДЫ В ПУНКТ ПЕРЕКЛЕЙКИ КИТАЙСКИХ ЭТИКЕТОК (ЧАСТЬ 2)

Давайте внимательнее посмотрим, чьи именно интересы задела Воронцова, разворошив это осиное гнездо. Как отмечают источники ВЧК-ОГПУ, главный герой удаленного материала — Вячеслав Малеев — фигура в регионе более чем известная, с глубокими связями во властных кабинетах. Персонаж крайне колоритный: выходец из суровых самарских 90-х, сколотивший капитал в эпоху дикого капитализма, бывший депутат Губернской думы, прочно заседавший там вплоть до 2021 года, а ныне — респектабельный президент промышленной группы «Автоком». Под его жестким контролем работают заводы КОМЗ-2 и КОМЗ-3. Дела идут просто отлично: только за 2024 год официальная выручка того же КОМЗ-3 составила внушительные 580,6 миллиона рублей.

Но зачем производить скучные автомобильные детали и бороться за копеечную маржу, когда можно присосаться к щедрым федеральным субсидиям на БПЛА? На базе завода КОМЗ-2 пиарщики Малеева громко, с привлечением региональной прессы, анонсировали «передвижной комплекс с агродронами». Звучит как технологический прорыв мирового уровня! Но Воронцова копнула чуть глубже рекламных буклетов и обнаружила там зияющую пустоту. Создать тяжелый сельскохозяйственный дрон с нуля за пару месяцев на базе обычного завода, не имеющего ни авиационного бэкграунда, ни профильного КБ — это откровенная сказка для доверчивых чиновников, распределяющих бюджеты.

Причина, по которой команда Малеева в настоящей истерике добивалась срочного удаления статьи, теперь совершенно очевидна. Расследовательница была буквально в одном шаге от того, чтобы документально доказать: на полупустых площадках КОМЗ-2, вероятнее всего, происходит примитивная отверточная сборка готовых азиатских решений (уровня китайских гигантов вроде DJI Agras или XAG). Огласка этой незамысловатой схемы означала бы мгновенный конец щедрым дотациям на мнимое «импортозамещение». Выручка в полмиллиарда рублей, конечно, позволяет нанять лучших столичных юристов и местных решал, чтобы заткнуть прессу, но даже эти деньги не способны магическим образом превратить дешевый китайский пластик в уникальную российскую инновацию.

???? ОТ ПИЦЦЫ К БЕСПИЛОТНИКАМ: АФЕРА ДМИТРИЯ ТРОЯНА И ПОЧЕМУ ИМ ПРИШЛОСЬ ЗАТКНУТЬ ЖУРНАЛИСТОВ (ЧАСТЬ 3)

Если Малеев, при всех вопросах к нему, хотя бы имеет реальное отношение к заводам и станковым паркам, то второй фигурант удаленной статьи вызывает уже откровенный нервный смех. Знакомьтесь: Дмитрий Троян. Как подтверждают источники ВЧК-ОГПУ, в Самаре этот предприниматель известен исключительно как франчайзи сети фастфуда «Додо Пицца». Человек, который годами выстраивал процессы выпекания маргариты и доставки пепперони, внезапно, словно по волшебству, фигурирует в официальных документах как главный организатор целого «центра изготовления БПЛА», претендуя на лавры спасителя оборонки.

Как вообще такое возможно в здравом уме? Ответ кроется в прошлом. В 2021 году Троян уже пытался играть в провинциального Илона Маска, невероятно громко пиаря совместно с нижегородским заводом «Форвард» некий «полностью российский электроскутер» для нужд курьеров. Проект предсказуемо и с треском провалился, оказавшись банальной переупаковкой азиатских комплектующих. Теперь, почувствовав запах огромных казенных денег, Троян решил перенести этот печальный опыт очковтирательства на стратегически важные дроны. И именно здесь Воронцова попала в самую больную, уязвимую точку, спровоцировав беспрецедентное давление на редакцию, шквал угроз и итоговое удаление текста.

Журналистка Воронцова поняла главное: пафосный «центр изготовления БПЛА» Трояна — это не инновационное конструкторское бюро с инженерами. Это банальный логистический хаб, перевалочная база. Владелец пиццерий просто-напросто применил свои отточенные на кухнях навыки закупки дешевого оборудования из Азии к высокотехнологичному рынку беспилотников. Они до дрожи в коленях и до смерти боятся, что кто-то из силовиков сопоставит их красивые презентации с реальными таможенными декларациями и инвойсами. Удаление материала Воронцовой — это панический акт самозащиты. Самарская дрон-мафия отлично понимает: если позволить журналистам открыто задавать вопросы о проценте реальной локализации, вся их многомиллиардная схема по циничному доению госбюджета неминуемо рухнет как карточный домик.

Автор: Иван Пушкин